Леонид Клиничев: «Я хочу вернуться к «Тихому Дону»
Ростов-на-Дону, 31 октября 2023. DON24.RU. В Ростовском государственном музыкальном театре состоялся юбилейный концерт заслуженного деятеля искусств РСФСР, почетного деятеля Союза композиторов России, профессора Ростовской консерватории имени С.В. Рахманинова Леонида Клиничева. Накануне журналист газеты «Молот» встретилась с автором многочисленных опер, симфонических и хоровых произведений с тем, чтобы поговорить о его творчестве, связанном с культурой народов, проживающих на Дону.
– В 1977 году вы приехали в Ростов-на-Дону. Как получилось, что вы свою жизнь связали с казачьей песней и на юбилейном концерте в Музыкальном театре мы услышали поэму «Платов»?
– Как только я появился в Ростовской консерватории, сразу же заявил, что меня интересует казачья песня, ведь на нее в свое время обратил внимание Римский-Корсаков. Он высоко оценил работу Александра Михайловича Листопадова. В мире нет ничего подобного тому, что сделал Листопадов. Это великий человек, который всю свою жизнь отдал народным песням и с такой любовью, так тщательно записывал их и расшифровывал. А ведь тогда ни магнитофонов, ни диктофонов не было, а были валики, на которые и записывались казачьи песни. Я даже представить себе не могу, что это за труд. Листопадов – совершенно недооцененный человек.
– А вы-то как записывали?
– Несколько человек из консерватории, студенты в том числе, поехали летом на лодке вверх по Дону, добираясь до Усть-Донецка. Главная задача для меня состояла в том, чтобы записать все песни, упомянутые в «Тихом Доне». 36 песен упоминаются в романе, и все они были записаны. Среди услышанных попадались очень хорошие песни об атамане Платове.
Платов-атаман
– Именно они вошли в хоровую поэму?
– Три донские поэмы были исполнены, но только один раз. А не так давно в Ростове я познакомился с руководителем народного оркестра Михаилом Капирулиным, который зажегся этими песнями и переложил симфоническую партитуру на музыку для исполнения именно народного оркестра и хора. И они стали звучать – кстати, очень неплохо. В декабре они также должны быть исполнены.
– А на вашем юбилейном вечере мы услышим симфонический вариант?
– Да, эта донская поэма называется «1812 год (Платов-атаман)».
Танцуем «Тихий Дон»
– Как родилась идея написать балет «Тихий Дон»?
– Я тогда был еще аспирантом в Москве и смотрел в Большом театре балет «Спартак», успех которого был необычайным. Он показал, что большие литературные темы активно начинают использоваться в либретто балетов. Тогда уже писал такие балеты Щедрин, а до него – Прокофьев. И я стал мечтать о «Тихом Доне».
– А что же стало непосредственным поводом?
– Я приехал работать в Ростовскую консерваторию и вернулся к своим мечтам о балете. Я подумал: «Действительно, почему нет? Действие там стремительное, а в опере есть некая статичность». Написанный балет был поставлен в 1987 году в Ленинграде в нынешнем Михайловском театре.
– А записанные вами в поездках песни были при этом использованы?
– Да, я старался использовать упомянутые в романе песни, но в современном звучании они уже отличались от оригинала. Сегодня в песнях распевов меньше, часто одна и та же песня в разных хуторах звучала по-разному. Я, конечно, опирался на наследие Листопадова, но ритм жизни сегодня немного другой, и это отражалось в звучании.
– А сам-то Шолохов как относился к созданию балета?
– Михаил Александрович доверял снимать себя на кинопленку только известному донскому оператору Леону Борисовичу Мазрухо. Шолохов надоумил его сделать фильм «Песни Тихого Дона». В качестве композитора этого двухчастного фильма он пригласил меня. Поехали мы показывать фильм в Вешенскую. Сам фильм там демонстрировался в ДК весь день, с утра до вечера. Его приходили посмотреть все вешенцы, а некоторые не хотели и уходить. Тогда я и познакомился с автором «Тихого Дона».
– И спросили у него разрешения?
– Нет, не осмелился. Я попросил Мазрухо спросить об этом, когда он в очередной раз поехал в Вешенскую. Леон задал ему этот вопрос и напомнил, что я занимался сбором казачьих песен. Шолохов молчал очень долго и ничего не ответил. Но Мазрухо приехал и сказал: «Пишите!»
– А на каких сценах еще исполнялся балет «Тихий Дон»?
– Очень хотел поставить этот балет балетмейстер Харьковского театра оперы и балета, особенно после того, когда на 80-летие Шолохова балет был показан в Большом театре. Потом стало понятно, что Харьковский театр такую масштабную постановку не потянет, и я согласился, чтобы балет передали для постановки Киевскому театру оперы и балета имени Шевченко. Уже были готовы декорации и костюмы, но на Украине грянули политические события, и балет поставлен не был...
– А в Ростове балет «Тихий Дон» показывали?
– Его привозили, на сцене театра имени Горького прошло два спектакля.
– А сегодня поставить этот балет нет ни у кого желания?
– Есть, и Вячеслав Митрофанович Кущев уже обращался ко мне: в 2025 году будет очередной шолоховский юбилей, и я хочу вернуться к «Тихому Дону». Правда, это будет уже не просто балет, а балет-опера.
Казачья песня по-цыгански
– В вашей опере «Цыган» переплетаются две народные музыкальные культуры, казачья и цыганская. Как вы работали с цыганской темой?
– Все началось с прочтения этого рассказа Калинина в «Огоньке». Конечно, цыганская музыкальная культура отличается от казачьей, и появление их вместе могло стать интересным. В итоге получилась камерная опера, которую тоже захотели поставить в Киеве. Но... Владимир Федорович Чуб, тогда губернатор области, обратился ко мне: мол, нам нужна своя опера. Речь тогда шла об открытии Ростовского музыкального театра. Я ездил в Пухляковский, говорил о постановке с Калининым. Камерная опера превратилась в оперу масштабную.
– Так все-таки как шла работа над цыганской темой?
– В Донской публичной библиотеке я просмотрел все сборники цыганских песен. Но, как мне кажется, в нашем народе генетически заложена близость к цыганам: стремление к воле, желание пострадать вместе с цыганскими романсами. И потом, когда я пишу, словно перевоплощаюсь в своих героев. Вот, к примеру, когда писал оперу «Бела»...
Превратиться в героя
– Вы перевоплощались в Казбича?!
– Нет, в Печорина.
– А как родилась «Кавказская симфония», в которой лезгинка производит столь сильное эмоциональное впечатление?
– Моя жена с Кавказа, осетинка, и мы часто там бывали. Там все время звучит народная музыка, и мелодии невольно запоминаются. Поэтому мне было легко писать.
– А когда вы писали концерт для виолончели с оркестром под влиянием «Степи», то перевоплощались в Чехова?
– Нет, в путешествующего мальчика. И это было просто, ведь я Чехова обожаю с детства, написал в свое время оперу по его рассказу «Драма на охоте». «Степь» меня поразила тем, что она явно написана в трехчастной музыкальной форме. А как там описана любовь, а сама степь?! Невероятно, поэтому и писалось легко.
– А больше написать по Чехову ничего не хотите?
– Желание-то есть, нашлись бы либреттист хороший да театр, решивший написанное поставить.
– Либреттист-то у вас хороший уже есть (дочь композитора Мадина – автор либретто к шести операм Леонида Павловича, в числе которых «Маленький принц». – Прим. автора). Будем ждать появление театра.
«Окно Овертона»: ростовский режиссер нашел ошибку на Кумженском мемориале
Ростовская область, 20 января 2026, DON24.RU. В конце 2025 года съемочная группа, работавшая возле Кумженского мемориала над фильмом о девушках-зенитчицах, погибших в этих местах в годы Великой Отечественной войны, обратила внимание на памятный знак, установленный на братской могиле советских воинов. Об этом в сегодняшнем номере пишет газета «Молот».
Памятный знак появился не так давно, после капитального ремонта мемориала, но сразу обращает внимание всех, кто хоть немного знаком с донской историей. Эту табличку называют оскорблением наших солдат, глумлением над их памятью.
Кто защитники?
Кумженский мемориал расположен в Железнодорожном районе Ростова, на стрелке Дона, в том самом месте, где от него отходит протока Мертвый Донец. Это сакральное для ростовчан место. Именно здесь находилось направление главного удара советских войск, освобождавших Ростов в феврале 1943 года. По донскому льду в ночь на 8 февраля части 28-й армии под командованием генерала В.Ф. Герасименко перешли на правый берег и завязали тяжелые бои, которые длились до 14 февраля. Ростов помнит своих героев-освободителей — это комбат Гукас Мадоян, артиллерист Дмитрий Песков, политрук Александра Нозадзе, пулеметчик Алексей Филиппов и тысячи других бойцов, которые шли в бой, не жалея своих жизней.
Автор фото: Александр Оленев, «Молот».
Погибшие в тех схватках освободители захоронены в братских могилах на Кумженке. В их честь возведен большой монумент работы скульпторов Бориса и Евгении Лапко под названием «Штурм». Гигантская стрела указывает направление главного удара — на Ростов, где занимали оборону немецко-фашистские части.
Кумженка стала одним из главных военных мемориалов донской столицы. Он имеет статус объекта культурного наследия регионального значения. Сюда постоянно приходят люди, здесь проводятся торжественные мероприятия по памятным датам. Здесь приносят клятву верности юные патриоты России. Рядом с монументом находится братская могила погибших бойцов. На гранитных плитах выбиты их имена.
И тут же с недавних пор появилась очень странная табличка. На ней начертано: «Неизвестным воинам, погибшим при защите Ростова-на-Дону в 1943 году».
Автор фото: Александр Оленев, «Молот».
«Окно Овертона»
Участники съемочной группы постояли возле мемориала, отдавая дань памяти советским воинам-освободителям, штурмовавшим Ростов по февральскому снегу. И были неприятно удивлены табличке с надписью на братской могиле.
«Мы все прекрасно знаем, что защищались от натиска Красной армии в 1943 году оккупанты, а наши солдаты освобождали родную землю. Так в честь каких воинов установлен этот памятный знак? — недоумевает ростовский кинорежиссер Руслан Кечеджиян.
«Сам мемориал создан в память о павших бойцах и командирах Красной армии, освобождавших Ростов-на-Дону. Это подчеркивает скульптурная группа, в составе которой изображены реальные участники боевых действий. В ходе боев за Ростов в 1943 году отдельные группы советских военнослужащих, ворвавшихся в город первыми, могли не только наступать, но и обороняться. И все же корректно говорить именно об освободителях города в 1943 году, защищались тогда войска вермахта», — считает доктор исторических наук Евгений Кринко.
«Есть такое понятие, как «окно Овертона» — социологическая модель, при которой табуированные и неприемлемые для общества идеи вдруг становятся популярными. Перед нами типичный пример, сделанный, скорее всего, по историческому невежеству. Но его роль пагубна: такие мелочи заканчиваются пересмотром самой истории», — уверен ветеран-ракетчик, полковник в отставке Николай Шевкунов.
К сожалению, этот пример не единичен. На улице Большой Садовой Ростова можно увидеть вывеску парикмахерской «Барбаросса». Это слово известно всем как кодовое название стратегического плана нападения нацистской Германии на СССР в 1941 году.
Автор фото: Александр Оленев, «Молот».
Уместно ли заведение под таким названием на центральной улице города воинской славы? А ведь список таких ляпов вполне можно продолжить.
