Бывшая сушильщица Ростовской фабрики клавишных инструментов вяжет носки для бойцов СВО
Ростовская область, 28 ноября 2023. DON24.RU. Специальная военная операция, которую Россия проводит на Украине, послужила неким водоразделом среди наших граждан. Мы узнали новое слово «релоканты» – это те, кто бросает свою Родину в трудный час и бежит подальше. Но большинство наших людей делают все, чтобы нашим парням было легче сражаться с противником там, на передовой. Ростовчанка Вера Купцова просто вяжет носки – и говорит, что это ее скромный вклад в победу над врагом. Об этом в сегодняшнем номере пишет газета «Молот».
7 ноября Вере Алексеевне исполнилось 77 лет. Надо ли говорить, что человек, чей день рождения пришелся на такую дату, просто не может оставаться пассивным в любом возрасте. Вот и Вера Алексеевна – активный участник ветеранского движения донской столицы. Она получила известность тем, что к своему дню рождения вручную связала на спицах 85 пар теплых шерстяных носков для наших рябят, чтобы они не мерзли на боевых позициях в зоне СВО. Сейчас число теплых подарков уже перевалило за сотню.
Вера Алексеевна – коренная ростовчанка. У нее обычная трудовая биография. Большую часть жизни работала на Ростовской фабрике клавишных инструментов. Специальность – сушильщица. Готовила и обрабатывала доски, из которых делали известные пианино марки «Ростов-Дон». Выйдя на пенсию, дома сидеть не стала. Она поет в патриотическом хоре «Факел» Октябрьского совета ветеранов. А теперь еще вяжет носки.
«Вязание – мое пожизненное увлечение, – признается ростовчанка. – С крючком и спицами я с 24 лет. Связала сотни вещей: свитера, платья, пледы, платки, шарфы, шапки. Для своей семьи и для всех знакомых. Руки уже привыкли настолько, что все делают автоматически. Сейчас я работаю сторожем посуточно, и вязание очень помогает скоротать время».
Отношение к СВО у Веры Купцовой такое же, как и у большинства россиян: Украина нам не враг, но воевать приходится против заразы нацизма, что пришла с Запада. Это горькая, но вынужденная мера. И сейчас нам надо всячески поддерживать наших бойцов, которые выполняют боевые задачи там, «за ленточкой».
«Где-то на территории ДНР сейчас находится мой зять, – говорит Вера Алексеевна журналисту «Молота». – Я думала, чем могу помочь ему и его товарищам. И поняла, что лучшая поддержка – делать то, что я хорошо умею, а именно вязать теплые вещи, которые так нужны в блиндажах и окопах. Вязать носки я начала в мае. Да, летом они не пригодятся, но было понятно, что боевые действия до зимы не прекратятся».
Для начала Вера Алексеевна использовала весь запас пряжи, который хранился дома. Потом находила мотки, что лежали в чуланах ее родни и знакомых. Затем бросила клич через Совет ветеранов. Ей стали приносить не только пряжу, но и старые вязаные вещи: платки, кофты и прочее. Все это мастерица распускала на нити, чтобы вновь пустить в дело.
Размер ноги она сняла у зятя. Носки получаются самых востребованных, 43–45-го размеров. Главное, чтобы не были маленькими, ведь шерстяной носок надевают поверх обычного. Ростовчанка применяет плотную вязку, а самое изнашиваемое место, пятку, дополнительно укрепляет синтетической ниткой.
Темп работы – три носка за два дня. К концу ноября Вера Купцова изготовила 85 пар, их передали в зону СВО вместе с другой гуманитарной помощью. За это благое дело ростовчанка награждена благодарственным письмом от Совета ветеранов Октябрьского района Ростова-на-Дону.
Вера Алексеевна продолжает вязать «гуманитарные» носки, и это не мешает ей разучивать две новые песни: «Я русский» (получила известность в исполнении Шамана) и «Русский танк Алеша». Они включены в концертную программу хора «Факел».
Нецензурная брань, коррупция и кража холодильника, или адвокатские истории Владимира Лившица
Ростовская область, 4 февраля 2026, DON24.RU. В Донской государственной публичной библиотеке в Ростове-на-Дону прошла встреча с известным адвокатом Владимиром Лившицем. Он представил свою книгу «Защита Лившица» – сборник рассказов, написанных в разное время и основанных на реальных делах из его практики. Истории оказались настолько популярны среди юристов, что их цитировали в реальных судебных процессах другие адвокаты и даже прокуроры.
Владимир Лившиц и главный редактор ИА «ДОН 24» Виктор Серпионов
Фото: Елизавета Ростовская
На обороте книги есть предупреждение о наличии нецензурной лексики. Это сделано не случайно: во-первых, так требует закон, а во-вторых, это своеобразный маркетинговый ход.
«Хочу сказать, что брани как таковой здесь нет. То есть никто не ругается, но замечательные слова, которые существуют в русском языке и которые я стесняюсь устно произносить просто потому, что они эстетически звучат не очень хорошо на сцене, а на письме – самое то!» – рассказывает автор книги.
Каждый интеллигент в душе писатель
Владимир Львович признается, что никогда не стремился к писательству и даже сейчас не может назвать себя писателем. Однако он считает, что любой интеллигентный человек в какой-то степени писатель, поскольку способен излагать свои мысли письменно.
Даже простое желание закурить можно выразить так, что оно превратится в литературу: «Эх, закурить бы, подумал шофер, подъезжая к бензоколонке…Покойному было двадцать пять лет». Вот вам и литературное произведение с социально значимым, острым и драматическим сюжетом.
«Что уж говорить об адвокате, который всегда находится в центре какой-нибудь драматической истории и вынужден об этом писать», – отметил Владимир Лившиц.
А можно и так: берешь анекдот, пересказываешь, приукрашиваешь, добавляешь соответствующую сюжету лексику, записываешь, редактируешь – и вот тебе шедевр!
«Просто, как валенки», – отметил Владимир Львович.
Не только пишет, но еще и рисует
Оказалось, Владимир Лившиц причастен не только к тексту своей книги, но и к ее оформлению. Небольшая иллюстрация на четвертой странице тоже создана им.
Перед публикацией выяснилось, что в книге осталась одна пустая страница, что стало проблемой для издательства, поскольку в печатном листе восемь страниц, а их общее количество в книге должно быть кратно восьми или 16. Тогда Владимир Львович, со свойственной ему находчивостью, предложил добавить страницу с его собственным рисунком. Получив добро, он отправился в ближайшее кафе, где попросил ручку с карандашом, и вскоре на свет появилась замечательная иллюстрация.
Автор рисунка: Владимир Лившиц
Фото: Елизавета Ростовская
На рисунке изображена женщина с чуть сползшей повязкой на глазах. В одной руке она держит меч правосудия (больше похожий на нож), а другой придерживает механические весы. Это авторская интерпретация образа Фемиды. Рядом с ней стоит молодой прокурор – его юность выдает то, что вместо брюк на нем пока только нижнее белье.
По словам автора рисунка, эти двое «пытаются добыть истину», которая стоит тут же в зале. На столе перед ними лежат яблоки, они же доказательства по делу, которые герои пытаются поделить. Однако им мешает третий персонаж, грозно указующий в их сторону пальцем. Вероятно, так Лившиц изобразил адвоката.
«Заметьте, он ближе всех находится к истине», – подмечает Владимир Львович.
Также под столом, рядом с прокурором, сидит кот. Однако, в отличие от работ Босха, здесь этот зверек не несет дьявольского символизма. Как пояснил художник, кот появился лишь для того, чтобы заполнить пустое пространство рисунка.
Когда рассказы участвуют в судебных процессах
Рассказы Владимира Лившица не только увлекательны, но иногда находят неожиданное применение. Некоторые адвокаты используют их в судебной практике.
Например, в рассказе «Немного джаза» вор выносит из квартиры через пролом в потолке, сделанный сантехниками, телевизор и холодильник «Зил», вес которого примерно 110–120 кг.
« Я усомнился в том, что через отверстие диаметром 30 см при пятиметровых потолках можно вытащить холодильник «Зил». К счастью, тогда были народные заседатели, которые сказали: «Да, вообще нельзя». В итоге подсудимого оправдали», – рассказал Владимир Лившиц.
Позже в Таганроге знакомый гособвинитель поделился с Лившицем забавным случаем. Один адвокат, защищая клиента, в похожем деле о краже холодильника через пролом в стене сослался на рассказ «Немного джаза» как на судебный прецедент, на что судья ему сказала: «Лившица из себя не стройте». Это не единственный пример, когда творчество писателя становилось частью судебного разбирательства.
Неожиданная реклама от прокурора
На одном из судебных заседаний адвокат Владимир Лившиц готовился к ответному слову, конспектируя важные моменты из речи прокурора. Внезапно он с удивлением понял: прокурор дословно зачитывает текст из его собственного рассказа. А звучал он так:
«Некоторые циники от юриспруденции утверждают, что гражданские дела выигрывает тот, кто лучше соврет. Я категорически не согласен! Такие утверждения создают ложное представление о судопроизводстве и дезориентируют граждан, желающих отстаивать в суде свои права и законные интересы. Любому практикующему адвокату известно, что хорошо соврать – это лишь первая половина пути к успеху. Вторая половина – сделать так, чтобы этому поверили. И если первая половина относится к области науки, то вторая – это уже искусство. Что касается науки, то здесь все просто: в одну руку берешь норму права (в качестве общего правила), в другую – рассказ клиента (в качестве частного случая) и нахлобучиваешь одно на другое. Если не получается, то добавляешь нужные детали или убираешь ненужные. Это называется построение силлогизма и относится к формальной логике, которую проходят на первом курсе университета. С искусством посложнее. Тут главное – не перепутать, что и в какую руку положить. Я имею в виду, конечно, доказательства и их использование в ходе рассмотрения дела в суде».
После этого обвинитель указал на автора этих строк, то есть на Владимира Лившица и заявил: «И как можно после таких слов верить этому человеку?»
Владимир Львович поблагодарил прокурора за невольную рекламу и объяснил, что цитата вырвана из иронического контекста. Это был рассказ «Кобелиная песня», повествующий о том, как стаффордширский бультерьер съел пекинеса, и ирония заключалась в том, что реальный процесс больше напоминал «Ледовое побоище», где результат определялся не фактами, а административным ресурсом сторон. При таких обстоятельствах было уже неважно, кто кого съел – важно лишь, у кого «хвост длиннее».
Взгляд на коррупцию
«Коррупция в России всегда была и будет предметом глубокой озабоченности. Озабоченность проявляют все: министерства и ведомства, управления и департаменты, отделы и службы, должностные лица и граждане. Равнодушных тут нет», – с этих строк начинается рассказ «Принц и Нимфа».
Юг нашей необъятной, и особенно Ростовская область, в общественном мнении часто считается регионом с высоким уровнем коррупции. На вопрос о том, какова отличительная особенность коррупционных схем на Дону, Владимир Лившиц ответил, что они ничем принципиально не отличаются от аналогичных на Кубани или на Неве.
«Нынешняя кампания по борьбе с коррупцией, так же как все предыдущие и все последующие, может привести к системным изменениям, а может и не привести», – подытожил адвокат.
